Медведь и лиса

Маленький домовенок и маленький лешонок опять сидели одни под березой у
края болота.
– Красное солнышко на белом свете черную землю греет, – печально
сказал Лешик, глядя, как поднимается солнце, а ночь прячется в болото.
Вдруг затрещало, зашумело. Кто-то тяжелый бежал по лесу. "Баба Яга, что
ли?" – испугался Кузька. И тут из кустов выглянул заяц, за ним другой,
третий, а за восьмым зайцем, тяжело дыша и махая лапами, выскочил Медведь:
– А я-то кустами трещу, вас ищу! С лап сбился! Ура!
Лягушки врассыпную. Заяц в кусты (это он помог Медведю отыскать
друзей), а все до единой кикиморы выскочили и заверещали:
– Уря-ря-ря! Ря-ря! У-у-у!
Орут так, что Медведя не слышно: пасть открывает, а звука нет. Медведь
даже попятился от болота. Кикиморы поорали и умолкли.
– Они что? С ума спятили? – шепотом спросил Медведь.
– Им, наверное, не с чего спячивать, – ответил Кузька и рассказал про
сундучок.
Медведь рассердился, заревел изо всех медвежьих сил:
– Отдавайте сундук, воровки! Кикиморы запрыгали, захихикали! Еще бы!
Сам Медведь с ними беседует. И запели:
Как пошел наш Медведь по грибы, по грибы, И застрял наш Медведь, ни
туды ни сюды, Во болотушке, во трясинушке!
За Медведем кикиморы отправили по грибы Зайца, утопили в трясине
лягушек, за ними – Кузьку с Лешиком. А там и береза пошла по грибы, и тучка
в трясине ни туды ни сюды. Все, что попадалось на глаза кикиморам, тут же
попадало в их дурацкую песню.
И вдруг они запели:
Как пошла наша Лисичка по грибы, по грибы...
– Это что ж здесь происходит, а? – спросил вкрадчивый голос. – И
кого ж здесь обижают, а? И кто же это при всем честном народе
безобразничает, а?
Из куста вышла Лиса, повернулась налево, повернулась направо и как
крикнет:
– Кикимарашки-замарашки! Кикимордочки чумазые!
– Сама мордочка! От замарашки и слышим!
– А я в вас шишкой кину! – Лиса наподдала шишку задними лапами, и
шишка полетела в болото.
– И мы в тебя шишкой! И мы в тебя шишкой! – орут кикиморы.
И вот уже грязная шишка летит из болота прямо в Медведя.
– А я в вас камешком! – И Лиса бросает в болото камешек с тропинки.
– И мы, и мы камешком! – Кикиморы нырнули в болото за камнем.

Лиса попросила друзей принести еще камней, да побольше. Знай покидывает
камнями в болото. Только и слышно, как они свистят и шлепаются. Друзья не
успевают подносить. А Медведь приволок такую глыбу, что самому пришлось
бросать ее в болото, трясина ухнула, пошла кругами. Тонут камни в болоте. А
кикиморы достать их не могут, кидаться нечем. Пробовали грязью, но Лиса их
задразнила:
– Вы в нас мяконьким, а мы в вас тверденьким! – и угодила камнем
прямо в большую кикимору, у которой не поймешь, сколько рук.
Шлепнулась кикимора вверх ногой, заверещала жутким голосом, вспомнила о
чем-то, перевернулась, запрыгала к сухой коряге на середину болота, схватила
волшебный сундук и как запустит в Лису. Летит сундук над болотом. Смотрит на
него множество глаз. Долетит ли? Кикиморы обрадовались:
– И мы в вас тверденьким! И мы в вас тверденьким!
Сундучок упал прямо на Лису. Кузька вцепился в него обеими руками,
поверить своему счастью не может. Орут кикиморы, верещат, радуются: в цель
попали и столько народу на них смотрит!
– Кикиморы они кикиморы и есть, – сказал Лешик. – Весь век
озорничают да балуются. Может. иначе в болоте и не проживешь?
Когда все ушли, кикиморы тут же все забыли, грызут болотные орешки и
беседуют:
– Комары и мухи нынче не такие сытные, как в старину. Отощают совсем,
что делать будем? Поохали, повздыхали, опять переполох:
– А вдруг все болота сразу возьмут и высохнут? Куда кикиморам
деваться?
Не успели опомниться от такого ужаса, как новое беспокойство:

– А что, если вся земля болотом станет? Где набрать столько кикимор
для заселения?