Кузька в новом доме

Наташа подняла голову и увидела высокого человека, папиного товарища.
Они с папой когда-то сидели в первом классе на последней парте, потом всю
жизнь не виделись, встретились только вчера и никак не могли расстаться,
даже вещи грузили вместе.
В руке у папиного соседа по школьной парте был чудесный сундучок с
блестящими уголками и замочком, украшенный цветами.
– Хорошая игрушка. В прекрасном народном стиле! Я бы на твоем месте
тоже о ней плакал, – сказал бывший первоклассник. – Держи и спрячь
получше, чтобы под ноги нечаянно не попала.

Очень высокий, почти до потолка, молодой человек спросил Наташу:
– Где у вас телевизор?
Куртка на юноше блестела, "молнии" на куртке сверкали, рубашка в мелкий
цветочек, а на ней значок с Чебурашкой.
– Еще не приехал, – растерянно ответила Наташа, глядя на Чебурашку.
– Да ты одна, что ли? – спросил юноша. – А чего пускаешь в дом кого
попало? Ну ладно, зайду еще! Расти большая.
Девочка бегом вернулась в кухню. Там тихо и пусто. Позвала она, позвала
– никто не откликнулся; поискала, поискала – никого не нашла. Заглянула в

– Дверь обить не желаете? – спросил незнакомый дяденька. – Черная
клееночка имеется и коричневого цвета. Да ты одна, что ли, дома, девочка?
Спрашивать надо, спрашивать, когда дверь отпираешь, и чужим не открывать.
Говоришь вам, говоришь, учишь вас, учишь, – ворчал дяденька, стучась в
соседнюю дверь.
Наташа вернулась в кухню. Кузьки на подоконнике не было, коробки с
пирожными тоже. только лапти сохли на батарее.
– Кузенька! – позвала Наташа.
– Ку-ку! – откликнулись из угла. Там, под раковиной, был аккуратный

Наташа решила больше не смеяться над Кузькой. Если маленькие чего не
знают, на то они и маленькие. Вырастут – узнают. А Кузька – совсем
маленький, хоть и в огромных лаптях. Откуда ему знать про самолеты?
– Ты разве в машине с нами приехал? -спросила девочка.
– А то где же? – важно ответил лохматик. – Я у нее спросил:
"Довезешь?". "Полезай, – отвечает, – довезу".
– У машины спросил?
– А как же? Без спросу – останешься без носу. Очень удобно ехал. В
ведре. Мы с веником там хорошо уместились.

По небу неслись облака. Тоненькие, с виду совсем игрушечные подъемные
краники двигались между светло-желтыми, розовыми, голубыми коробочками
домов, поднимали и опускали стрелы. Дальше был виден синий лес, до того
синий, будто в нем и деревья растут синие с голубыми листьями и лиловыми
стволами
Над синим лесом летел самолетик. Кузька показал ему язык, потом
обернулся к девочке:
– Много всякого народу пожалует на новоселье. Придут и скажут: "Вот
спасибо тому, кто хозяин в дому!" Будет что рассказать, будет что вспомнить.

– Дом без хозяина – сирота, – поерзав на батарее, сказал Кузька и
начал озираться, будто что-то потерял. – И хозяин без дома тоже сирота.
Дома и стены помогают.
Наташа оглядела стены.
Интересно, как это они будут помогать? Руки у них вырастут, что ли? Или
стены станут говорящими? Кто-нибудь начнет мыть посуду, а стены скажут: "Эй,
ты! Марш отсюда! Сами вымоем!"
Или нет. Кто ж станет строить такие грубые стены? Это будут очень
милые, приветливые стеночки: "Будьте добры, займитесь какими-нибудь другими,

Наташа усадила мокрого Кузьку на батарею. Рядом лапти положила, пускай
тоже сохнут. Если у человека мокрая обувь, он простудится.
Кузька совсем перестал бояться. Сидит себе, придерживая каждый лапоть
за веревочку, и поет:
Истопили баньку, вымыли Ваваньку, Посадили в уголок, дали кашечки
комок!
Наташа придвинула к батарее стул и сказала:
– Закрой глаза!
Кузька тут же зажмурился и не подумал подглядывать, пока не услышал:
– Пора! Открывай!
На стуле перед Кузькой стояла коробка с пирожными, большими,

– Ты кто? – спросила девочка.
– Кузька, – ответил незнакомец.
– Это тебя звать Кузька. А кто ты?
– Сказки знаешь? Так вот. Сперва добра молодца в баньке попарь,
накорми, напои, а потом и спрашивай.
– Нет у нас баньки, – огорченно сказала девочка.
Кузька презрительно фыркнул, расстался наконец с веником и побежал,
держась на всякий случай подальше от девочки, добежал до ванной комнаты и
обернулся:
– Не хозяин, кто своего хозяйства не знает!
– Так ведь это ванна, а не банька, – уточнила Наташа.

Девочка взяла веник да так и села на пол – до того испугалась. Под
веником кто-то был! Небольшой, лохматый, в красной рубахе, блестит глазами и
молчит. Девочка тоже молчит и думает: "Может, это ежик? А почему он одет и
обут, как мальчик? Может, ежик игрушечный? Завели его ключом и ушли. Но ведь
заводные игрушки не умеют кашлять и так громко чихать".
– Будьте здоровы! – вежливо сказала девочка.
– Ага, – басом ответили из-под веника. – Ладно. А-апчхи!
Девочка так испугалась, что все мысли сразу выскочили у нее из головы,
ни одной не осталось.